?

Log in

No account? Create an account

Круче, чем звание



  Вот у меня званий нету никаких. Это потому что я для этого не старался. Много раз уже объяснял, что мне не раз предлагали собирать документы, и впервые это случилось аж в 1988 году. Нас двоих тогда Театр эстрады хотел представить: меня и ещё одну артистку, которую я из Москонцерта утащил. Артистка давно народная, а я как тогда, так и теперь считаю, что документы артисту собирать незачем. Звание должно свалиться на него, как награда. И он ничего не должен об этом знать. К слову сказать, уже и ученик у меня есть - народный. А я пока обойдусь тем, что многие меня помнят и любят.
  Но сегодня на меня свалилось! Нет, не звание, бог с ним! Награда! Почти как бюст на родине дважды Героя.
  Борис Жутовский прислал мне полработы, после которой можно смело помирать. Меня никогда не рисовали великие. На меня писали только шаржи и делали пародии.
  А полрисунка от Жутовского - это десять самых почетных званий. Это двадцать бюстов на Родине. Это самая щедрая награда, которая у меня теперь есть.
Мастер разрешил поделиться с условием, что половина работы - это лишь повод порадоваться, что она начата.
  А обмывать будем потом, когда карандаш заполнит на листе еще столько же места.
  Я-то, конечно, не дотерплю: как пить дать напьюсь. А вы потерпите: Борис Иосич обещал, что я доживу до окончания работы.

The Lesser Dutchmen



  Сегодня с английским тьютором разговаривали о живописи, повторяли термины, говорили о любимых художниках. Поскольку мы занимаемся, в том числе, по одному хорошему пособию, то решили ответить на вопросы, следовавшие за основным текстом.
  "Ваш любимый художник?", "Ваша любимая картина?"
  Я взвился. Объяснил, что с юных лет цепенею от подобных вопросов. Мои вкусы так часто менялись - от того, что я взрослел, от того, что много читал и смотрел. От того, что много путешествовал. Много думал. И едва научился различить хотя бы настоящее от подделки. Но я могу рассмеяться от незатейливой шутки. Могу влюбиться в картину по внушению тех, кому доверяю и потом так же искренне разлюбить.
  Заговорили о малых голландцах - их я люблю неизменно, не меньше, чем художника Бориса Жутовского, которого люблю по переписке так, как будто мы с ним лет сто знакомы.
  Оказалось, что я не знаю, как будет "малые голландцы" по-английски. Тьютор обогатил меня еще одним термином - The Lesser Dutchmen. Их очень много, и я люблю их всех по очереди.
  Однажды, читая воспоминания Райкина, я был поражен, как он был привержен живописи, как тонко и чувственно рассуждал о ней. Одному совпадению я был особенно рад: я так же как он очень люблю Филонова. Но, конечно, не сумею так же, как Аркадий Исаакович, подробно объяснить почему.
  Но а вы-то? Грех спрашивать, какая у вас любимая картина. Но несколько любимых художников всё же назовите. Спасибо! А еще бОльшее спасибо, если не лень будет вставить иллюстрацию к тексту.
  Будет о чем поговорить и друг с другом, и с моим английским тьютором.
  Кстати говоря, обсуждение на одном форуме ниже поколебало мою уверенность, что "малых голландцев" называют по-анлийски именно так, как мы решили с преподавателем.

Что посоветуете?

  В канун Нового года скачал много книг: две книжки Хокинга (ещё не разобрался, но,по-моему, переизданные уже не раз книги под новыми названиями), книгу Чарльза Маккея «Наиболее распространённые заблуждения и безумства толпы», старую детскую книжку Евгения Мара «О простом железе», мемуары Н. Н. Покровского «Последний в Мариинском дворце».
  В почте ещё не запылились несколько пьес для антрепризы (к которой совсем не лежит душа, но рассудок подсказывает, что неплохо бы разжиться ещё хоть одним драматическим спектаклем), много текстов от самодеятельных эстрадных авторов (чтобы не расстраиваться, ещё в декабре решил отложить это чтение на новый год).
  В январе меня ждёт трудная запись ещё одной аудиокниги Гальего.
  После долгих праздников, видимо, начну латать страшенную дыру в своём знакомстве с современным кино: не знаю, как вышло, что некогда помешанный на «люмьеровском поезде», я покинул свой вагон, а теперь не знаю, с какой станции мне надо начать догонять ушедший поезд.
  А вы? Что вы отложили почитать или посмотреть?
  Найдите минутку, чтобы поделиться...

С Новым годом!

  Одна моя знакомая в любую трудную минуту срывалась на Донское кладбище. Там, в колумбарии, покоился прах её матери, в которую она верила так, как люди веруют в Бога. Она была убеждена, что её земной судьбой каким-то образом распоряжается мама. Взрослая женщина, насмешливая в отношении суеверий и веры, воспитанная в духе советского отрицания шхины — божественного присутствия на Земле, никогда не жалела времени, преодолевая путь длиной от Сиреневого бульвара до улицы Орджоникидзе, чтобы помолиться и попросить о чем-то у своего Бога — давно преставившейся матери.
  Она приписывала ей разрешение всех своих проблем и никогда не сомневалась в том, что только матери обязана любым случившимся чудом — счастливым избавлением от рака или внушением спокойствия её беспокойному мужу.
  Мы выстраиваемся в очередь за чудом с того самого дня, когда нам ещё не нужно ничего больше, чем 500 эскимо в волшебном мешке Деда Мороза. Эта очередь выгибается и никогда не кончается — к поясу Богородицы ли, ко входу к Музею на Волхонке или в Большой: мы никогда не перестанем надеяться на чудо.
  Но как мне быть? — моим Дедом Морозом всегда была мама. Она работала воспитательницей в детском саду, и я давно знаю секрет новогоднего чуда: за пакляными усами и бородой спрятана мамина улыбка.
  — Это моя мама! — сказал я однажды на новогоднем утреннике, дёрнув её за халат, и был повержен чужим, незнакомым голосом: «Мальчик, ты кто?»
  Говорят, что я плакал ещё и дома, и в давней моей истерике виновато было смешение чувств: мне не удалось разоблачить мамино чудо. Оно — случилось: мама превратилась в Деда Мороза и перестала быть... мамой.
  Закончился ещё один год нашей с вами жизни, впереди цветистые тосты и пожелания, безумный марафон веселья и праздности...
  Я обещал сказать вам несколько слов перед тем как упадёт занавес за откланявшимся годом.
  Пусть в вашей жизни будет много чудес: от звенящих голосов ваших первенцев, до свадеб, новоселий и волшебных исцелений от хворей.

  Но помните: над чудом надо иногда поработать самим — не полениться взять клея и пакли...

Метки:

Скотина

Вчера один наш артист уступил очередь парню из другого состава и посмотрел спектакль из зала.
- Какая ж вы скотина, Ефим Залманович, - сказал он мне в коридоре после спектакля.
Я нервно вскинул брови, но заметив искорки восхищения в его глазах, погасил вспыхнувшее было негодование.
- Я про вашего Пуассона! Какой же он гад!
Оказывается, встречаясь со мной ежедневно на сцене, он никогда не видел спектакля «со стороны».
Сегодня с утра хожу гордый и страшно довольный собой. Ну, надо же: никогда бы не подумал, что «какая вы скотина» может так сладко щекотнуть ухо...

Фото Марии Гордиенко

.

Большой взрыв

  И вот эта сингулярность спрессована в точке, когда ребёнок, стоящий посредине круга взрослых, слышит первые в своей жизни аплодисменты. Он вот-вот упадёт, он ещё не сказал ни слова, он только улыбнулся или догадался устоять, чтобы услышать самый первый в своей жизни знак поощрения, чреватый большим взрывом, за которым желание слышать овации обернётся рывком к славе, нескончаемым марафоном - с расставленными локтями, напролом, руша барьеры и привязанности, дружбы и обещания. Этот звон будет стоять у него в ушах до самого последнего вздоха. Ведь это актёрское лукавство придумало самый безумный способ прощания - аплодисменты: чтобы уже бездыханным, безжизненным унести с собой в могилу желанный шум, которому в жертву принесены были и дети, и родители, и жена, выставленная на поругание телевизионной массовке...
  Пока не поздно, передумайте хлопать этому малышу, когда он вертится в середине круга, составленного из обступивших его взрослых, шепните ему на ушко, что он был молодец, погладьте по голове, остановите свои коварные аплодисменты, за которыми непременно разразится этот гибельный взрыв.

Иду на новый срок

С 2000-го года... не снимаюсь в "Аншлаге". То есть, за это время выросло целое поколение, которое думает, что я продолжаю в нём сниматься.
С будущего года тоже пойду на новый срок... Буду продолжать не сниматься.
Пусть на этом вырастет еще одно поколение...

Моя афишная тумбочка



18 декабря - "Путаны" в Театре Романа Виктюка
15, 16, 21 - 31 декабря 2017 г. - "Принцесса цирка" в Театре мюзикла
2 января 2018 г. - творческий вечер, Дом офицеров (Санкт-Петербург)
7 января 2018 г. - творческий вечер, Центр культуры и искусства "Меридиан"