December 29th, 2008

Со щетиной

Мы живем, под собою не чуя страны... (О. Мандельштам)


     Вчера закончился проект "Имя России". Почти 3 миллиона моих соотечественников решили: Сталину - бронза. Добежал-таки, курилка, до финиша. Пойти утопиться, что ли?

     Маленький фрагмент из книжки моего отца "Печальная рапсодия" (Хотя какое это имеет значение после такого дружного голосования!):

     "Допросы начинались в 20 часов и продолжались до пяти утра. Одно время так называемое «следствие» велось только днем, но однажды во время очередного допроса-экзекуции врач Тельтовт, не выдержав мук, выпрыгнул с криком: «Убивают!» из окна третьего этажа и разбился насмерть. На улице в то время было много людей: в углу собрались у репродуктора, рядом толпились у газетного киоска. Тогда в городе только и разговоров было об этом, доктора-то знали все. С тех пор начались «варфоломеевские ночи», как мы их окрестили. Пытали теперь в подвале по ночам, и до нас доносились крики и стоны допрашиваемых, слышен был мат и ругань истязателей. С приближением ночи тело охватывала дрожь. Все затаивались в ожидании вызова, в камере наступала тишина, отчего звуки становились еще явственнее.
         Следователи били редко, для этого к ним были приставлены здоровые бугаи из охраны НКВД. Малограмотные, грубые деревенские парни. Сейчас, по прошествии стольких лет, можно спокойно об этом говорить, а тогда…
         Пытки были изощренные. Били кулаками, ногами, нагайками, обливая терявших сознание водой, заставляли сутками стоять не шевелясь, при попытке присесть – удар, снова удар!.. А куражились как! Вызовет следователь на допрос, сам курит хорошую папиросу, предлагает закурить, портсигар протянет. Но только ты попытаешься взять папиросу, как следует сильный удар по руке, и такой, что вся она деревенеет. После ночных допросов, как правило, возвращался я окровавленный, не в силах забраться без чьей-то помощи на нары".

     Люди, объясните мне как-нибудь: в какую грудь и чей пепел теперь стучится?

UPD. Отец народов поможет дозвониться или отправить смс!
Со щетиной

«Когда б на то не божья воля...

.... не отдали б Москвы»
(М.Лермонтов)

     Любовь еще жива и будет долго жить – пока живы люди. И мы будем жить с тобой долго. Покамест время не придет умереть кому-то. До той поры много воды утечет, много раз снег растает, и деревья расцветут. Нам еще с тобой долго жить: встречать рассветы, судачить обо всем, в холодные ночи друг друга греть – еще до смерти долго ждать. Нам с тобой смеяться суждено и над злыми сплетнями хохотать равнодушно. Нам обоим с тобой в гору идти-идти – далеко до вершины. И по Печатникову переулку вверх идти... Вот он – переулок. По нему взойду, согнувшись, тяжело дыша, на холм один из семи, который не сравняли, и увижу город в синем далеке, где в облаках утопают крыши. Там каждый дом, а здесь любая буковка будет тобой освящена.(12 апреля 1982 года. Е.Шифрин, «Личное дело» 
 


     В 19 лет я стал москвичом. С жадностью неофита я постигал «китайскую грамоту» этого вожделенного города – грамоту, в которой исключения были важнее, чем правила, и это было основное правило лучшего города Земли! Я впитывал его пьянящие запахи: резиновый – Метрополитена, березовый – Измайловского парка, немножко хмельной – его хищной челюсти: Калининского проспекта.
    Но больше всего я любил гулять по Москве – бесцельно, бессмысленно, каждый раз забредая туда, откуда не хотелось уходить: в уютное Замоскворечье, на Петровские линии, в Сивцев Вражек, брести по бульварам до самой Солянки.
     Я полюбил Москву – без всяких условий или оговорок, я принял ее такой, какой она приютила меня.
     В пору работы в Москонцерте я изучил все ее автобусные, трамвайные, троллейбусные маршруты. Я видел Москву из больших окон НИИ и окошечек ЖЭКов, я прошагал ее вдоль заборов больших предприятий, я видел ее с высоты ресторана Останкинской башни.
     Но мой пешеходный стаж в столице закончился много лет назад, и за выслугой лет меня усадили в автомобиль, из которого я теперь чудесно не узнаю ничего из того, что было дорого мне в юности.



     Если позволите, вопрос вам, моим добрым читателям: гуляете ли вы по нынешней Москве? Где? Какой из шедевров сохранившейся архитектуры вас более всего вдохновляет, какой из новоделов раздражает больше всего?