January 22nd, 2009

Со щетиной

Один день 1985 года.

     В связи с повышением степени остроты журнала на 0,3 процента, один гость забанен, 4 коммента удалено, один хороший друг отфрендился.
     Сегодня возвращаемся на один день в прошлое.

Три отрывка из дневника.
18 октября 1985 года.

     1.Как много всего помещается в мозгу, сколько память всего держит. И всплывает, и всплывает… И плывет… За окном – Даугава-река. На том берегу соборы седые.
     Мама в больнице сегодня сказала:
     - Я жить хочу.
     Живи, мамочка!
     Рафик телевизор смотрел, страшную сказку показывали, плакал. Захотелось его прижать к себе крепко. Нельзя такую кроху обижать.
    Ребенок смотрит на меня, глаза невозможно отвести; его бабушка мне сегодня сказала:
     - Я жить хочу!
     И живи, бабушка!
     Они беззащитные, оба – мои. Родные по крови. Я от бабы, от ее плоти плоть. И мы теперь оба в Рафике пребудем.

     2.По набережной снуют машины, урчат! Вот век – не допросишься тишины!
     В Юрмале поезда грохотали. И содрогался дом. Что, думаете, память этого не держит?
     Я маму толстой помню, помню не седой. Помню в сиреневой шапочке, в полосатом пальто. Потом, много спустя, ей кто-то шапочку мохером обвязал, и эту, мохеровую, помню с другим пальто, бежевым, переделанным, в котором убрали высокие обшлага.
     То ли еще помню!
     Я маму голой знаю, в прошлом году пришлось ее массировать, но это была другая мама – сухая, маленькая.
     Неужели я к маме сегодня приходил?
     Два шага сделала по коридору, еле-еле, вся больницей пропитанная. Раньше мы вдоль моря гуляли вдвоем. Господи, да мы с мамой дрова пилили! А еще она колола дрова. Помню, колола дрова у сарая. В Сусумане на нее мотоцикл наехал. Что-то было с ногой. И это помню. Помню совсем черную на пляже, в бордовом купальнике. Маму в ее детстве абиссинкой звали: у нас с ней с пигментом хорошо. Элька хуже загорает. А папа только раз на пляже был. Вытащили его.
     Ни одной семейной фотографии нет.
     Ничего, я все в своей памяти держу.
     Думал о маминой смерти, плакалось внутри, ничего дурного не думал, просто о смерти: несправедливо, вот и все. Бог даст, мама поправится. Нечего рассуждать.

     3.Рафик спрашивает про микробов:
     - Когда они погибают, они что ли в теле остаются?
     Сказал, главное, «в теле»! Надо же – « в теле»! В его теле – микробы! Я это тело к себе прижать хочу, тоже мне «тело» - лепесток нежный, родной!
     Пришел за ним в школу, он выпендривается при всех: какой у него дядя. Припал ко мне.
     Учительница говорит:
     - Я им довольна. После беседы с дедом он исправился, ведет себя хорошо.
     «Исправился!» А был неправ? Еще никого в жизни не обидел!
     Пошли с ним на рынок, бабе купили цветов, так он меня, дурачок, подставил - вручил ей с порога букет, заявив: «Это совсем недорого».
     Ест хорошо. Вегетарианец. Обожает тыкву, икру кабачковую, овощи. Простоквашу залпом выпивает, остаются белые полоски на      губах, глаза половецкие щурятся от блаженства.
     Школа - смешанная. Он мне шепотом, услышав латышскую речь:
     - Я же говорил, здесь латыши.
     Ну, и что за тайна?
     По-еврейски понимает немножко, смеется, когда дома говорят. Голова у него здоровая, форма головы – казахская, а улыбка – всемирная. С нею хоть на шоколад, хоть на «бебимикс» - на любую обложку!
Со щетиной

"Пусть вместе с нами семья ленинградская...

...рядом сидит у стола".
(Павел Шубин)

      65 лет назад советские войска разорвали кольцо блокады и восстановили сухопутную связь Ленинграда со страной. Сегодня в самом большом концертном зале северной столицы собрались все, кто выжил после 900 дней реального ужаса осады...

     Привет из Питера. Слава Богу, ночной кошмар на Блоге Старого Вяза закончился. В свои 53 года я научился мирить людей, а Ленин в эти годы уже помер, рассорив всех.
     А "Волховская застольная" без строчки о Сталине вызвала такой фурор у блокадников, что я был готов уже на сцене растечься слезами. И я немного счастлив сразу по всем поводам.


     P.S. Лене Ярмольнику сегодня 55. Ильича он уже пережил. Поздравляя его по телефону, я напомнил об этом и пожелал ему пережить Бориса Ефимова. Надеюсь, никому не придет в голову соотносить эти цифры с неравнозначной ролью всех троих в судьбах мирового пролетариата. Лёнька, кстати говоря, помогает многим людям выздороветь или просто выжить. В день рождения принято говорить приятные вещи и равняться на великих.
Со щетиной

(no subject)


     Сегодня разговаривал со сведущими людьми. Они сказали, что моя Интернет-лояльность может сравниться только с миролюбием Швейцарии. За все время ведения блога я забанил всего десятерых. Это:
     Два сталиниста,
     Два лениниста,
     Два онаниста,
     Два бота
     И два идиота.


     А кого забанили вы, если не секрет? И скольких? Из-за чего? По какой причине?