May 15th, 2009

Со щетиной

Выездная ария тореадора


     Не знаю, как называются такие люди. Если бы он был политиком, полководцем, ученым, Гумилев бы назвал его пассионарием. У моей племянницы он бы по-любому попал в разряд фриков.
     Меня одержимость таких людей радует. Это лучше многих бесплодных занятий, которые кажутся нам очень важными и ответственными. Похожими роликами забиты многие ресурсы Интернета, мои знакомые и родственники не дадут мне забыть про всяких чудаков. 
     Сегодня я выбрал этого, я бы сказал, уличного музыканта. Во-первых, выходная ария тореадора очень годится для занявшегося дня, а во-вторых, пустые бутылки - это всегда напоминание о тщете и конечности наших радостей.

Со щетиной

Сон о Шостаковиче


     23 июня 2004 года 

     В первой половине сна я сотрудничал с композитором Шостаковичем над новым мюзиклом. Его жена, Ирина Антоновна, действовала в этом сновидении как миловидная девушка, с которой мы подписывали какие-то бумаги. Она говорила, что все надо тщательно документировать. А Дмитрий Дмитриевич, казалось, был равнодушен к заключению контракта, но сосредоточился на том, чтобы я проявился в новом качестве. Саша Клевицкий спровоцировал меня спеть что-нибудь из раннего цикла, я отнекивался, но все же, когда Шостакович сел к роялю, завопил «Стрекозу и муравья» - да так, что все вокруг удивились «какой голос!» и стали уверять друг друга, что раз мне подвластны такие высоты, то для меня не составит труда разучить новую партию.
     Затем мы гуляли по Ленинграду: Шостаковича поддерживала за руку Ирина Антоновна, и я еще сомневался – хорошо ли ей быть рядом с ним в короткой юбке, на что Дмитрий Дмитриевич, обернувшись Богословским в дымчатых очках, отвечал, что именно юбка его стимулирует, когда речь заходит о мюзиклах. Все понимали, что великий композитор шутит, однако вся сцена обошлась без пошлости, и мы странным образом общались на равных, и Ирина Антоновна уверяла, что ее скрупулезность в ведении бумаг – есть веление времени, потому что исполнители им не платят, полагая, что творчество супруга принадлежит народу
. (Е.Шифрин, "Мир тесен")

Со щетиной

Сон о Мише

     23 июня 2004 года 

    Вторую половину сна забрал себе ныне здравствующий губернатор Алтайского края. Я был в числе гостей на его юбилее, но оказался там в тот момент, когда все собрались уходить, столпившись в прихожей. Миша горячо обнимал меня, и подталкивал попрощаться с матерью. А я боялся ошибиться, не узнав ее среди нескольких женщин в платках. Я подошел к той из них, которая была больше всех похожа на моего друга, и Миша выручил меня, подсказав: «Правильно, и с сеструхой попрощайся!» Мать губернатора оказалась самой тихой в шумной, подвыпившей компании. Мы обнялись с ней, и она почему-то горестно произнесла: «Сынок, а что ж мы пленку-то не посмотрим». Евдокимов стукнул себя по лбу:
     - Точно, давай наше кино посмотрим.
     Все вернулись в избу, и на побеленной стене вдруг стала дергаться поцарапанная картинка – мы с Мишкой в давней сценке из «Аншлага», почти что школьники. Мне еще повезло с какой-то фразой, которую я теперь никак не вспомню, - фразой, по-видимому, ставшей на долгие годы крылатой, потому что все вокруг захохотали и принялись повторять ее на разные лады.
     - Ты не помнишь? – спросил меня седой губернатор.
     - Не помню, - искренне сказал я, не узнавая себя в тонкой фигурке на экране. – Неужели у меня были такие густые волосы? 
     - А сейчас у тебя что, парик?
     Все опять засмеялись.
     - Да, ладно тебе, - сказала Мишина мама. Жестом приказала ему замолчать и добавила шепотом: «Видишь, он плачет…» 
(Е.Шифрин, "Мир тесен")


Со щетиной

Два вопроса

1. Кто-нибудь пользуется этой штукой - Kindle 2. Удобная ли эта вещь?
2. Можно ли использовать в этом же качестве i-pod touch? Как закачать туда текстовую программу? Можно ли русифицировать его клавиатуру, не выходя из дома?