September 25th, 2009

Со щетиной

Аплодисменты

     Сейчас я опять буду лавировать между слов.
     Закончился последний концерт длинного гастрольного тура, и у меня в ушах, неловко сказать, чистая классика - аплодисменты. У них есть какая-то функция. Я не сомневаюсь. Актеры различают в аплодисментах лады и четверть-тона. Ими можно поднять до небес или выгнать со сцены. Недаром одна из самых лиричных миниатюр Енгибарова носит название «Аплодисменты». Гурченко назвала так целую книгу о своей актерской судьбе.
      Один мой читатель однажды оставил в журнале другого моего читателя приблизительно такой отзыв: «У Котельника – хороший блог. Немножко смущает его желание всем нравиться». Тихий ужас. Это сущая правда. Арестуйте меня! Статистика, в которую не заглядывали лишь самые уверенные в себе блогеры, в моем случае указывает мне на огромный зал, сравнимый со снесенной «Россией». Я не имею права уйти со сцены под стук собственных каблуков. Я зачахну, я обломаюсь, и неровной рукой запишу последнюю просьбу – проводить меня так, как это принято у актеров. Уверен, что я услышу этот красивый шум.
     Мой друг-хирург, буднично возвращая людей на этот свет, выходит из операционной. Он не слышит никаких аплодисментов. Их не слышат те, без кого я не проживу и дня: мои лучшие друзья и подруги, выходя из офисов, из редакций и лабораторий.

     Что для вас ТО, ЧТО для актеров аплодисменты? 
     И еще: подчеркнутое стремление не нравиться – это доблесть? Желание нравиться – это смертный грех?