August 23rd, 2021

Мент

Фотография на память

  Однажды я заглянул в бездну... Она зияла грозными и нелицеприятными комментариями, обличавшими меня в зазнайстве, в отрыве от народа, в роковом непонимании сути моей профессии. И всё это в ответ на деликатное размышление о сомнительности моего долга фотографироваться с любым незнакомцем, встреченным вовсе не у служебного входа театра или даже не после двух реплик, полагающим начало мимолетному знакомству или хотя бы после короткой справки: «Я Иванов, живу в Салехарде, мне нравятся ваши выступления, и я очень хочу сфотографироваться с вами на память».
  Участь курортной пальмы куда завиднее, она все равно стоит без дела и самой природой назначена служить фоном для неуёмных любителей оптом засаливать фотографии.
  Сегодня - «мой» день. Меня просили выйти из лифта на этаже просителя, дважды будили на лежаке, где мне не повезло задремать в досужую минуту. Одна дама в ответ на мое предположение, что мне   было бы не с руки фотографироваться с ней и чужим мне ребёнком в пляжном наряде, в котором сейчас загорают и купаются только русские, ответила:
  - Ну, так оденьтесь!
  Только что я был разбужен крепким мужчиной, который уже сидел перед лежаком на корточках:
  - Мне для любимой женщины!
  Я не успел спросить его, отчего бы ему не послать сольный снимок своей избраннице, как был побит непобиваемым козырем:
  - В каком номере вы живете?
  Представляю себе радость любимой женщины при виде фотографии своего воздыхателя вместе со мной на фоне неприбранной кровати.
Светлая полоса

Куда делись "Поплавки" и "Парусы"?

  На нашем Юге все гостиницы - виллы. Например, Villa Milla. Я видел одну, та вообще - Versalle. Иностранных путешественников я здесь не встречал, но на всякий случай, кириллица тут на вывесках и не ночевала. «Гостиница» - слово длинное, поэтому все они, если не виллы, то - отели. Иностранец, по-хорошему, все эти постоялые дворы назвал бы мотелями, если бы у него был шанс припарковать машину хотя бы во дворе, а не за высокими воротами.
  Ресторанные вывески тоже все - на латинице. Красивых названий здешних мест здесь отчего-то стесняются, от этого впечатление, что сюда вывалилась вся заморская топонимика. «Монте-Карло” хорошо звучит, но тут ни одна гора Карлой не зовётся.
  Отчего так?
  Разве, вставши с колен, трудно было бы заговорить и по-русски?
  Как же быстро сдуло все эти «Поплавки» и «Парусы»...