Котельник (koteljnik) wrote,
Котельник
koteljnik

Сначала - вам, потом – издателям.

Стремясь к блаженству и добру,
Влача томительные дни,
Мы все - одни, всегда - одни:
Я жил один, один умру.

(Д. Мережковский)

     "Этого следовало ожидать. Дед начал терять силы еще до полудня. Сразу после завтрака «девки», которых он пригласил на день рождения, стали «дурами». А затем, попив чаю, он решил обзвонить «дур» и перенести банкет с шести на четыре часа вечера.
     - Раньше уйдут, - проворчал он.
      Так какого ж рожна ты затевал это безумное празднование?
     Ночью я вернулся из Тулы окрыленный, хорошо принятый зрителями, с цветами. Дед уже спал. В два часа ночи на мою беду он проснулся, стал куролесить по квартире. И затем снова отошел ко сну. Когда я прошел по коридору в ванную, он, будучи уже в постели, зашелся таким неистовым храпом, что я даже позавидовал ему: не прошло и пяти минут, как он пожелал мне спокойной ночи.
     Эта история с гостями вызвала у меня воспоминание, связанное с артисткой Ашрафовой, работавшей в Мастерской сатиры и юмора Москонцерта.

     На сцене ее представляли Лейлой. На самом деле ее звали Еленой. Когда мы познакомились, она была полной крашеной брюнеткой, с короткой стрижкой, подбритой шеей и очень приятными чертами лица. Она была наделена необыкновенным и немножко злым чувством юмора. Леля родилась в Баку у русской матери от отца-азербайджанца, говорила с легким акцентом, который, в общем, и стал главной краской ее эстрадного образа. В Москве она закончила Театральное училище им. Щукина, и еще в пору учебы, по ее словам, была любовницей знаменитого актера Астангова. С колоритной кавказской внешностью ни в один московский театр ее почему-то не взяли, а вот на эстраде она была довольно известна - особенно в недолговечном дуэте с Вероникой Станкевич, о которой я уже писал в своем дневнике. Авторы писали сценки, учитывая смешную разность их масок: целомудренность кавказской женщины и здоровый цинизм русской бабы.
     Обе актрисы были очень яркими, и неизвестно, кто из них выглядел на сцене смешнее. Ясно было, что обе дамы с непростыми характерами продержатся в дуэте ровно до первой ссоры. Но они, вопреки прогнозам, умели мириться после частых стычек, пока не разругались совсем, да так, что не замечали друг друга при встрече.
     Мне пришлось звать Лейлу Лёлей. Так она захотела сама, хотя была значительно старше меня. Выглядела она хорошо. И уверяла всех, что своим отличным внешним видом она обязана тому, что презирала любые диеты, а румяный цвет лица объясняла особым действием сливочного масла, которое никогда не исключала из рациона.
     Когда мы начали репетировать пьесу «Это было вчера», которую написал - для меня, Ашрафовой, Новиковой и себя - Лев Павлович Шимелов, тоже бакинец и между пылкими ссорами даже приятель Лейлы, последняя с первой же встречи стала зазывать нас на обед в квартиру у Речного вокзала. Со слов Шимелова мы знали, что Леля всегда слыла знатной кулинаркой, но были предупреждены о ее поразительном свойстве: упрямо зазывать гостей и потом почти открыто ими тяготиться.
     На каждой репетиции Леля расписывала суп-пити, люля-кебаб и другие блюда, которые она собиралась специально приготовить для нас, и однажды она назначила час обеда.
     Мы почти одновременно переступили порог ее квартиры и обнаружили стол, уже накрытый множеством закусок.
     Леля держалась 10 минут. Затем стала настойчиво предлагать следующие блюда: суп-пити был разлит в пиалы, когда еще оставались нетронутыми салаты. Она поминутно вставала со стула и, в конце концов, люля-кебаб оказались на столе, когда еще не вполне решилась судьба дымящегося в пиалах супа.
     Как все одинокие люди, она торопилась снова остаться одна. От нетерпения пошли колкости и упреки. Обиды нашлись на каждого. Второпях запив чаем скоротечный обед, мы снова оказались в прихожей. Леля просила сделать такую встречу традицией, и нам ничего не оставалось, как обещать неукоснительно следовать только что родившемуся и обещавшему стать славным обычаю.
     Я вспоминаю эту талантливую женщину, конечно, не для того, чтобы расквитаться за ее слабости. Они простительны. Мне хочется сказать о том, что несносный характер оставлял ее одинокой, а невыносимое одиночество лишь усугубляло характер.
     В какой-то момент Леля, которой я, кажется, не сделал ничего худого, нашла повод, чтобы не здороваться и со мной - из-за какого-то пустяка, который она же и придумала.
     Спустя годы она неожиданно позвонила мне - единственно для того, чтобы похвастаться, что ее нашла работа, о которой она всю жизнь тосковала – новый спектакль в знаменитой Табакерке.
     Я даже не сомневаюсь, что она играла там хорошо. И я поздравил ее с новым счастьем. Длилось оно, впрочем, недолго. Леля умерла от разрыва сердце. Так же одиноко, как и жила". (
14 октября 2007 г., «Течет река Лета»)
Tags: Былое, Нетленное
Subscribe

  • ВАДА подтвердило снятие обвинений с 95 российских спортсменов

    ВАДА подтвердило снятие обвинений с 95 российских спортсменов Президент Всемирного антидопингового агентства (ВАДА) Крейг Риди признал, что…

  • Старая песня

    Из дневника Котельника "Старая песня: каждый раз забываю спросить у своих "племянников", "внуков",… Posted by…

  • Нахим

    Нахим Из дневника Котельника "Молиться на вас надо! Это вы мне подсказали идею сводить американского племянника в цирк! Нет, я неверно…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 17 comments

  • ВАДА подтвердило снятие обвинений с 95 российских спортсменов

    ВАДА подтвердило снятие обвинений с 95 российских спортсменов Президент Всемирного антидопингового агентства (ВАДА) Крейг Риди признал, что…

  • Старая песня

    Из дневника Котельника "Старая песня: каждый раз забываю спросить у своих "племянников", "внуков",… Posted by…

  • Нахим

    Нахим Из дневника Котельника "Молиться на вас надо! Это вы мне подсказали идею сводить американского племянника в цирк! Нет, я неверно…