Category: работа

Category was added automatically. Read all entries about "работа".

Со щетиной

Убираем лишнее...

  Сам себе не верю: только за последние дни я прочитал несколько пухлых пьес, кипу монологов, прослушал присланные мне песни в количестве... увы, в неподсчитанном количестве штук, десятки сообщений о финансовой помощи, на часть которых тут же отозвался, поскольку речь в них шла о моих друзьях или знакомых.
  С пьесами может быть, еще дело выгорит, если их авторы найдут продюсеров или готовых взяться за них режиссеров, с монологами - совершенный песец или для ревнителей высокой русской речи - вселенских масштабов катастрофа. Хотя, возможно, я перестал вообще чувствовать смешное. Я перелопатил залежи юморесок, присланных на почту моего сайта и бессильно опустил руки - мне никогда еще не было так несмешно и грустно. Песенки пусть пока настоятся в специальной папке - я сейчас не очень настроен распеваться по утрам. А вот с просьбами помочь попавшим в беду - настоящая и неотвратимая беда. Мои бесценные подписчики вряд ли представляют себе, насколько я отзывчив в отношении родных, коллег и друзей и насколько беспомощен, когда речь идет о десятках (!) совершенно незнакомых людей, у которых разом тяжело заболели дети или родители.
  Между тем, я, слава богу успеваю много читать по-русски и английски, не оставляя своих уроков с моим строгим тьютором. Слушаю много музыки, чтобы не оставлять вас без побудочных и колыбельных. И просматриваю невиданное количество познавательных роликов, не забывая ни на минуту, что во многих областях знания продолжаю оставаться совершенным невеждой.
  На меня вряд ли может рассердиться кто-нибудь из моих друзей, посетовав, что я забыл поздравить их с днём рождения.
  Мои тренеры тоже не могут пожаловаться, что я забыл в середине дня заехать в зал.
  Это был бюллетень о моей занятости. В котором я забыл упомянуть самое несущественное. Почти каждый вечер я выхожу на сцену, выхожу из самолёта или вхожу в вагон, чтобы опять же выйти на сцену в каком-нибудь нарисовавшемся из рассвета городе.
  Между тем, обещанная читателям книга по-прежнему состоит из набросков, потому что у меня никак не получается совершить подвиг добровольной бессоницы. И - видит бог - я подозреваю, что в этом списке есть что-то лишнее.

  Но - что?
Светлая полоса

В начале будет слово...

- А вы хотели бы, чтобы ваши коллеги вспоминали вас таким, каким вы на самом деле были для них?
  Это я каждый раз слышу, когда угрожаю сесть за книгу.
  Послушайте, но я не собираюсь сводить ни с кем счётов! И уверен, что среди моих эстрадных или театральных коллег мало кто обещает стать мемуаристом. Если бы кому-то из них пришло в голову действительно вспомнить меня, то им не повезёт на ситуации, в которых жизнь проверяла бы меня прямо на их глазах. Меньше всего я дружил как раз с товарищами по работе. Я вообще с трудом представляю себе дружбу с артистами. Я очень хорошо знаю, как жажда работы или тщеславие превращает эту дружбу в пустой звук. Я знаю, как актерская дружба превращается во вражду, отправленную в долгий путь одной только завистью.
  Я обещаю вспомнить то, что могло бы пригодиться тем, кто ступает на стезю актерства. Я осмелюсь признаться в поступках, которые уже никогда бы не совершил при нынешнем своём опыте. Я буду сверяться с дневниковыми записями, заметками в ежедневниках, целая гора которых выросла на полке, рядом с моим столом. Я вспомню солнечные дни, уточнив давние сводки погоды. Мне нужно только первое предложение. Из-за него я пока туплю и торможу перед пустым вордовским файлом.
  "Все счастливые актеры счастливы одинаково" - очень хорошее начало. Но оно - ворованное и не до конца правдивое.
  За коллег я, кстати говоря, спокоен. Они тоже споткнутся на первой фразе. А я её точно перескочу.
Мент

Песенка про участкового

  Даже не помню сколько мне было лет, но знаю, почему я его запомнил - молодого тогда Льва Шимелова, лучшего, на мой взгляд конферансье в годы моего детства, юности и москонцертовской молодости. Лёвочка произносил всё дозволенное советской цензурой так, как будто бы давал понять, что на самом деле он умнее - вернее, остроумнее всех произносимых им текстов. Эту песенку участкового, слова к которой он написал сам, мне пришлось спустя годы спеть самому на концерте в питерском зале "Октябрьский" - страшно наивную, безусловно, фальшивую, но почему-то трогавшую своей теплотой. Помню, что Лёва был в милицейской фуражке, концерт шел из Колонного зала, а я еще жил в Юрмале и только примеривался к своим будущим мечтам, вперяясь глазами в наш маленький черно-белый "Рекорд" на полированной тумбочке. Потом мы много выступали вместе. И даже играли в общем спектакле "Это было вчера". Лёвочка, слава богу, жив и здоров. А я вот раскопал в Ютубе свой вариант "Песенки участкового"... Спустя годы, не взыщите... ни с меня, ни с Шимелова...

Со щетиной

Мой маленький праздник

  2-го сентября 1978 года я впервые ступил на сцену в звании дипломированного артиста. Стало быть, 40 лет я занимаюсь тем, к чему у меня всегда лежала душа, чему научили меня мои прекрасные педагоги, чем я рассчитываю заниматься до тех пор, пока буду способен запоминать тексты и передвигаться по сцене без вспомогательных средств.
  У меня небольшой послужной список того, чем я мог бы гордиться. Я сделал много ошибок, долго стеснялся, поздно научился говорить "нет". Но эти сорок лет я был счастлив от того, что, во всяком случае, те, кто добровольно покупали билеты на мои выступления, смеялись и получали удовольствие, даже если приходили ко мне недовольными и усталыми.
  За эти сорок лет я нажил изрядное количество недоброжелателей - по моему мнению, большей частью, людей, которые не совсем знакомы с тем, что я делал на сцене в годы, когда уже многому научился. Эхо их недовольства мной долетает и до этой страницы.
  Мне, конечно, хотелось бы многое переиначить в том, что случилось за эти сорок лет, но я не умею писать смешные тексты, не могу заставить себя звонить продюсерам или режиссерам, и, видимо, в дальнейшем, моя зависимость от случая останется вмененной моей актерской судьбе.
  Я часто произношу или пою слова, которые сам бы для себя не выбрал. Но я ни дня не могу прожить без работы.
  Я надеюсь, что в мою жизнь еще ворвётся кино, я хотел бы разнообразной занятости в театре и на телевидении. Я переживаю, но почти ничего не могу сделать внутри жанра, с которого я начал сорок лет назад. Мои авторы, увы состарились или отошли от дел. За эти годы эстрадное авторство стало коллективным и уже давно пригодилось на телевидении, которое почти добило этот жанр.
Как ни странно, я настроен самым оптимистическим образом, несмотря на то, что почти еженедельно теряю друзей или узнаю о том, что они захворали. Я надеюсь, что в следующие 10-20 лет (другие цифры мне кажутся нереальными и вымученными) я еще узнаю радость работы, к которой стремился все эти 40 лет - достойной, яркой, глубокой.
  2-го сентября - мой маленький праздник.

  Я благодарен всем, кто разделяет его со мной.
Светлая полоса

К авторам


  Эстрадный монолог, как кот Шредингера, и жив и мертв одновременно.
  То есть, живы и относительно здоровы все, кто мог бы подтвердить, что он всё еще дышит.
  С другой стороны, жанр этот, как Валаамова ослица, отказывается идти вперед с погонщиками, которые его беспрерывно хлещут, и уже ни за что не хочет говорить человеческим голосом.
  То есть, он как Ахиллесова черепаха - почти не продвигается вперед, но всё равно впереди тех, кто пытается его обогнать и сделать ему Сидорову козу.
  На смену авторам-одиночкам пришел Коллективный автор, и эстрадный монолог потерял язык и печать неповторимой индивидуальности сочинителя.
  Поэтому. Если вы или ваши знакомые верят в то, что больной еще сможет гулять хотя бы по коридору - предложите ваши средства исцеления: присылайте свои опусы на адрес shifrin@shifrin.ru
  К сожалению, я не смогу ответить тем, чьи предложения я посчитаю неудачными: только что я закончил трудное чтение огромного количества текстов, из которых не выбрал ни одного. Попытка ответить каждому из авторов обошлась бы мне часами нелегкой переписки. Заранее прошу прощения у всех, чьи произведения я не сочту отрецензировать. И заранее благодарю всех, кому я с легким сердцем загорюсь ответить.
Со щетиной

Оговорочки в строю


  В общем, четыре незначительных оговорочки за всю историю спектакля - сущая ерунда. И всё равно их все перевешивает моя самая памятная, из другого спектакля - «времена не выбривают».
  Но для отчётности все же запишу:
  1. Мистер Икс - Барону: «ведь отсутствие маски - это тоже своего рода смазка»
  2. Барон - Пуассону: «Пеликан - ко мне!»
  3. Каролина - Пеликану: «Он говорил мне, что он в блятеке»
  И вчерашняя, свежая:
  4. Барон - Пуассону: «И никакие цифровые (вместо «цирковые») фокусы уже не помогут»
  Мелочь вроде «ваше высочество», обращённую к Барону, вылетевшую из моих уст вместо «ваша милость», я даже не считаю...
  Впереди - «Преступление и наказание». Там любая оговорка может стоить уже топора. Он у нас там светится и летает...
Светлая полоса

Уже не надо!


  Вы же помните этот анекдот. Он бытует в разных редакциях. Когда-то это был анекдот о блондинке. Вчера, в программе "Утро", я сделал главным героем некоего парня, мечущегося в поисках парковки.
  Парень опаздывает на встречу, места на стоянке нет, он воздевает руки к небесам и говорит:
  – Господи, если ты поможешь мне найти место для парковки, я брошу пить, курить и буду вести себя как настоящий праведник.
  Вдруг чудесным образом появляется свободное местечко, мужчина паркуется и снова обращается к небесам:
  – Всё, уже не надо. Нашёл!
  Так вот, в ту минуту, когда я поднял глаза к небу и собирался попросить у Всевышнего хотя бы чуть-чуть изменить мою актерскую участь, уже не обещавшую никакой новизны - ровно в эту минуту раздался звонок от Швыдкого, пригласившего меня в первый спектакль своего нарождавшегося театра. Когда я положил трубку, я дал отбой небесам:
  - Уже не надо.
  Случилось всё буквально так, как я когда-то хотел. Немножко попеть, станцевать полечку, потом пошутить, потом нахмуриться, обязательно хотя бы два раза переодеться, а потом вступить в нешуточный диалог, в котором я бы уж дал волю дремавшему во мне драматизму, ждавшему своего часа сто-о-о-олько лет...
  Сегодня исполняется пять лет Театру мюзикла.
  Это пять счастливых лет из моей новой, не помню какой по счету, молодости.
  Вокруг меня теперь молодые голоса и молодые лица. Полное отсутствие паники и стенаний "всё пропало".
  Каждый день перед глазами у меня прекрасный оркестр - в яме, а в партере - режиссерский столик, например, Кончаловского, а главное - работа, работа, работа и роли, без которых я не могу дышать. Спасибо всем, кто подарил и разделил со мной эту радость. Спасибо жизни за этот виток. Спасибо маме и папе за то, что никогда не оспаривали мой выбор. Спасибо моему выбору! Я действительно счастлив, что мне не выпал другой...