Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Светлая полоса

Вопрос и ответ

  Один из моих молодых читателей сегодня написал мне в частном сообщении: "Я бы хотел спросить всего один вопрос. Что, по Вашему мнению, является ключевым действием для достижения самых лучших результатов в жизни?"
  У меня нет права без разрешения делиться его полным обращением ко мне, но, зная, как мой корреспондент уже не в первый раз ждет советов от меня, полагая, что я достиг всего, что хотел, а он, в свою очередь, видимо, часто срывается ещё на дальних подступах к цели, позволю себе процитировать свой ответ, которым я поделился с юношей.
  Мне кажется, что в этом тексте, несмотря на накрывающую меня иногда высокопарность, есть смысл, который я готов защищать, исходя из опыта моей довольно длинной жизни.
  "Я не знаю, что такое «лучшие результаты». Надо жить и перестать широко разводить ножницы между желаемым и действительным. Все наши стрессы - от непомерных целей. По-моему, все просто: надо любить жизнь и людей, не рассчитывая на взаимность. Надо перестать требовать от них особого внимания к себе.
  Надо понять, что ваша любовь к сущему важнее ответного чувства. Что это и есть основной мотив: просыпаться для добрых дел и засыпать от приятного чувства, что ты их хотя бы отчасти выполнил".
Задумался

Горе

  Горе... Сколько же вокруг горя! Рядом с нами по-прежнему живут недочеловеки, которые научились пользоваться оружием, изобретенным людьми. Как спастись от них? Как вовремя опознать их среди людей?
  Мои соболезнования всем погибшим в Казани...
  Во избежания очередного срача: моя скорбь вмещает все сожаления о погибших детях, о всех прерванных жизнях.
  Надеюсь, что наша планета не взорвется раньше встречи с любым метеоритом.
  Но если мы сможем закрыть для них хотя бы эти игрушки для общения в социальных сетях, может быть, им станет труднее коммуницировать, находить друг друга, вынашивать зловещие умыслы... Но, если мы сами станем добрее и участливее хотя бы в переписке друг с другом в наших стихийных гайд-парках, возможно в мире станет меньше агресссии, меньше отрицания и больше любви..

  Понимаю, что это утопия... Но всё же... всё же, всё же...
Скрестив руки

К слову

  Время собирать камни приходит, когда уже трудновато нагибаться.
  Но оставлять их разбросанными - тоже не дело. Они причиняли боль. От них не всегда можно было увернуться. Они увесистее и злее, чем брошенные ровесником снежки.
  Для взрослых метателей камней должно быть непреложное табу - дети. В ином случае можно не сомневаться, что обратка долетит и до могилы.
  Вопросы всё те же: стоит ли потом собирать эти камни прилюдно? И ясно же, что поза, в которой пожилая женщина наклоняется за камнем, не так изящна, как поза, в которой девочка рисует мелом "классики".
  Откровения, напечатанные на бумаге, вряд ли так уж отличаются от телевизионных признаний. Филантропии ни там, ни здесь не бывает: редкий писатель не знает, что за мемуары положены гонорары.
  И потом, стоит ли набрасывать новую кучу камней тем, кто пуляет их, полагая себя безгрешными?
Светлая полоса

Евгений Харитонов

  До знакомства с Харитоновым я видел его только однажды. Мы ехали в метро с приятелем, он вдруг толкнул меня рукой и показал на человека в косоворотке или русской рубашке, стоявшего в глубине вагона.
 Женя не был похож ни на кого из тех, кто уже составлял мой новый московский круг. Он заставлял меня изумляться при каждой встрече. Когда на экранах должен был появиться «Семейный портрет в интерьере», Виктюк восторженно вскидывал ручки, а Женя говорил, что в любой строчке Исаковского вкуса и простоты гораздо больше, чем во всех фильмах Висконти. Я не мог сообразить, где начинается и кончается эпатаж. В Пушкинском проходила выставка из «Метрополитен-музея», у меня было два билета и я предложил Жене пойти на неё, он с радостью согласился.   У входа мы разбрелись, условившись встретиться после осмотра. Когда я спустился вниз то, к удивлению, застал Женю на том же месте, где мы и расстались. Он даже не поднялся наверх, потому что еще у входа заприметил мальчика с каким-то невозможным лицом и стал за ним наблюдать. Когда я сказал, что мальчика можно встретить где угодно, а таких картин нигде больше не увидишь, он махнул рукой и презрительно выдохнул: «Это всё – культура!» Подобные максимы мне тогда очень нравились.
  Конечно, Харитонов был во всех смыслах человек культурный и интеллигентный и, как сказали бы в XIX веке, «один из самых блестяще образованных умов». Но его отличало неприятие любых неестественных, искусственных проявлений творчества, которые не в состоянии принять формы самой жизни. Женя был абсолютно аполитичен. Мимо него прошли все тогдашние протестные движения, хотя очевидно, что он был воспитан и замешан на «русской идее».
  Однажды мы решили пойти с ним в Сокольники. Я никогда не чувствовал необходимости появиться в толпе; там гуляли люди, работали аттракционы, кажется, играл духовой оркестр. Мы свернули с главной дорожки на аллею и добрели до рюмочной, где продавалась какая-то воплощённая тошнота, взяли бутылку портвейна и закуску. Я видел, с каким сладострастием протирались им эти алюминиевые вилки, понимая, что его желание возиться с этой грязной жирной посудой не было показным…
  Он был хлебосольным и щедрым, но ему нечем было делиться. Как-то я застал его дома в тот момент, когда он закусывал борщевой приправой: он макал влажный палец в суп-письмо, и ему этого хватало. Плохо представляю, на что он существовал, так как к тому времени он ушёл со всех работ и не хотел идти ни на какую службу.
  Харитонов – несомненно трагическая фигура. При жизни он не приобрёл ни популярности, ни благополучия. Его жизнь – это соло на одной струне. Безусловно, он занимался созданием собственного образа, ведь существование любого хоть сколько-нибудь одарённого человека – это создание самого себя. Искусство было для него продолжением жизни и наоборот. Его предельной мечтой было сидеть в обществе Беллы Ахмадулиной и просто смотреть на неё, ничего не требуя взамен – ни стихов, ни покровительства, ни внимания к себе. Ему нужно было, чтобы рядом был красивый и романтический человек, нужна была икона.
  Творчество Харитонова привело меня в полное замешательство. Непривычным казался язык, в котором отсутствовали знаки препинания, был мат и сленг, придававшие ощущение некой подпольности, живая и новая для меня интонация. Сейчас у меня есть ощущение, что Жениными рассказами сильно попользовались другие писатели. Когда в России появились книги Эдуарда Лимонова, я был уверен, что «Эдичка» немало зарядился от него. Женина эстетика кажется более духовной, глубинной, человечной, в ней нет ничего от заказной литературы, она рассчитана на того читателя, который её найдёт. Харитонов поздно пришёл к читателю, которого он так и не узнал.
  Он был совершенно незащищён.
  Сейчас можно говорить о Харитонове как об очень мужественном человеке. Он открыл в советской литературе пласт, который не мог стать советским. Конечно, его жизнь не была цепью подвигов, но у него была очень сильная художническая воля, заставлявшая писать так, как требовал его талант, он просто повиновался своей природе и не мог жить по-другому.

  Его судьба, его жизнь утвердили меня в решимости отважиться на собственный голос. Я многим, очень многим обязан ему.
Бицепс

Параллельный мир

   Слушайте, у меня к вам вопрос.
  А вот эти все онлайн-трансляции, хренова туча диалогов, обрушившиеся на наши головы коллективные спевки, вся эта карантинная субкультура... Вы смотрели это? Вам важно было увидеть эти изувеченные режимом селфи лица на разделенном экране?
  Я же вижу, как все зрелища незаметно перекочевали в Интернет, отмечаю количество просмотров на Ютубе у людей, которых по-прежнему не желает знать телевидение.
  Понимаю, что это вообще параллельный телевидению мир.
  Что вы о нём думаете?
  Я только что в очередной раз отбрыкался от бесплатного предложения отметиться в таком эфире, в котором ровно ничего от профессии, а только тупое следование тренду, в котором я не нахожу почти ничего занимательного, хотя сам уже зачем-то успел засветиться в хоровых проектах и сольном чтении.

  Скажите мне, пожалуйста, что я неправ и вы как раз только такое и смотрите...
С рожками

Двадцать лет спустя

Когда сейчас, спустя ровно двадцать лет после того, как я последний раз снялся в этой программе, читаю о себе: "аншлаговский артист", я не могу не вспомнить того несчастного горца, который однажды пукнул на свадьбе, ушёл от стыда еще выше в горы, а спустившись оттуда через двадцать лет, услышал в ответ на вопрос о том, что произошло за двадцать лет в его родном селении: "Ничего особенного с тех пор, как один чудак двадцать лет назад пукнул на свадьбе..."
В свитере

Злоба дня

  Помните эти списки ненависти? Если не ошибаюсь, они с легкой руки Артемия Лебедева были очень популярны в ЖЖ. В первый его список попал и я, вместе с артисткой Новиковой и писателем Жванецким. Потом, в новой версии списка, писатель куда-то исчез. Гадать о причинах такого сокращения штата не буду: скорее всего, Михаилу Михайловичу по совокупности заслуг удалось как-то реабилитироваться.
  Потом пришло время и для моего списка, в который я даже не подумал включать самого популярного блогера, поскольку всё остальное в его перечне совершенно совпадало с вещами, в равной степени неприятными мне. Слово "ненависть", пожалуй, чрезмерно для самых ярких проявлений моего негодования. Я много раз писал, что охотнее прощу противные для меня убеждения, чем запах изо рта, каковой нынче, в самоизоляции, я бы скорее выключил из списка и вставил вместо него злобу дня, которую я совершенно не выношу, несмотря на свою эстрадную специализацию.
  Не знаю почему, но поверьте уж, совсем не от трусости, я бегу от этих сиюминутных сатирических откликов на происходящее. Не то, чтобы я был мыслями устремлен исключительно в Вечность, а оттого, что я не знаю ничего пошлее этой готовности прочитанное "утром в газете" ближе к вечеру облечь в злободневный "куплет". Я всегда бежал от этого на эстраде, а теперь уже шарахаюсь от того же в социальных сетях.
  Я понимаю, что со мной что-то не так. Но я и в хозяйстве-то страшно сержусь на вещи, которым отмерен только один день жизни или, пуще того, одноразовое употребление.
  Разумеется, это не касается защитных масок и перчаток.

  Разве я могу противостоять этой действительной злобе дня?
Задумался

Жизнь должна оказаться сильнее

 На похороны не хожу, сам себя прощаю: я не могу смотреть на покойников. То есть, обстоятельства, конечно, вынуждали меня провожать родственников или знакомых. Но отправляться по собственной воле на церемонию, где вместо живого человека лежит принаряженный манекен, в котором нет жизни, я не хочу, и в погребальном словаре меня страшат слова: и "последний путь", и "покойник" и само слово "прощание".
  Самым отталкивающим в нем остается слово "смерть".
  Я его не принимаю. Я не могу с ним смириться, хотя потерял уже всех, без кого когда-то немыслимым представлялся мне этот свет.
  Фейсбук последних месяцев оставляет у меня впечатление нескончаемых виртуальных похорон, на которые я бы - если б только смог! - ни за что не явился. В списке преставившихся - от разных причин - те, кого ты еще недавно читал, с кем переписывался, о ком много слышал.
  Я рад за тех, кого вырвали из когтей смерти врачи, и за всех, кого обошло тяжелое течение болезни.
  Но за свои 64 года я никогда не сталкивался с таким количеством сообщений о смерти.
  Я знаю, что этот кошмар когда-нибудь закончится, оставив после себя новый порядок вещей, новые формы моей работы, новую степень осторожности и новые способы приветствий. Видимо, привычные объятия и поцелуи при встрече заменит символическое пожатие собственных рук в метре от глаз теперь уже нерукопожатных товарищей.
  Сейчас, когда болеет Толя Трушкин, мой многолетний автор, о состоянии которого я не могу ничего узнать ни по одному из известных мне телефонов, я живу еще в той реальности, где смерть невозможно вообразить себе торжествующей над лучшими в мире лекарствами и самым заботливым уходом.
  В эти дни я пребываю в настроении, в котором трудно писать и вести дневник так, как раньше - почти по часам, по годами вменённому расписанию.
  Я прошу судьбу оставить в живых всех, кто еще может многое совершить, осчастливить нас с вами своими шутками, своими поделками, открытиями, публикациями в социальных сетях, фотографиями детей или внуков.
  Я очень прошу судьбу не отпускать их в руки смерти...
С маской 2

Очки в гробу

"Да что ж у вас все тексты такие погребальные?" - буквально на днях спросила меня в Инсте девушка под вполне будничной публикацией.
  Всякий упрёк, после того, как его проглотишь, некоторое время еще не проходит внутрь - точно разбухает где-то в пищеводе, пока ты не сообразишь, что поперхнулся, в общем-то, собственной же привычкой вечно выбирать минорный лад для самых светлых мелодий.
  - Почему вас не было на похоронах N или NN? - обыкновенно спрашивают меня те, кто дыша оптимизмом, не пропускает ни одно значительное прощание.
  Потому что, во-первых, я ненавижу похороны, а во-вторых, потому что именно на кладбищах и похоронах со мной случаются самые курьезные происшествия.
  Я уже рассказывал, как у могилы в Нетании, где похоронен мой отец, ко мне ринулась женщина с восторженнным криком: "Как я рада вас здесь видеть!" и как на кладбище в Одессе в скорбную минуту прощания с почившей артисткой, Виктюк двинул меня локтем, и я, обернувшись, прочитал на соседнем памятнике "Фимочка, за что?"
  Когда не стало Козакова, отпевание не назначили, но провожали в храме, постепенно заваливая гроб до такой степени, что тело самого Михаила Михайловича скоро погрузилось в высоченную грядку из цветов.
  Со мной рядом в огромных темных очках стояла моя любимица, артистка, давно знавшая Козакова и, к моему удовольствию, всегда опасно подтрунивавшая над ним. От гроба она вернулась без очков. Оправа, прятавшая заплаканное лицо, при прощании упала и тут же погрузилась в клумбу.
- Что мне делать? Я не могу без очков. Как ты считаешь, если я еще раз подойду попрощаться к Мише и поворошу рядом с ним рукой? Ведь никто не запрещает прощаться дважды?
  Я благословил её на новое прощание и внимательно смотрел, как её рука рядом со склоненной головой совершала круги всё глубже и глубже от верхушки грядки и как через пять минут очки при той же её скорбной позе вернулись на сосредоточенное лицо.
  На поминках в Доме актёра, когда спиртное уже разгладило траурные мины, в ход пошли самые веселые воспоминания, и, в конце концов, случай с очками было решено считать веселой проказой   Козакова, который о смерти говорил легко и не выносил трагической фальши в отношении жизни, которая чаще всего заканчивается в срок.

  Ну, разве что - годом позже или раньше...
Из-под очков

Аберрация сознания

  Война закончилась 75 лет назад.
  Не знаю, в силу какой инерции мы зачисляем в ветераны войны любых стариков.
  Куда уже, наконец, засунуть этот пафос радеющих за тех, кого никакая арифметика не зачислит в ряды воевавших, но выживших...
  Я родился спустя 10 лет после войны и очень хорошо помню тех, кто прошел испытание войной.
  Среди них почти не было кликуш и краснобаев.
  Суровость и достоинство были.
  Уверен, что они даже не подозревали, что сироп сострадания и патока демонстративной заботы о защищавших выльется на людей, даже не слышавших залпы войны.
  Я преисполнен уважения ко всем, кто дожил в трудах и заботах до преклонной старости, но это расхожее клише называть ветеранами войны любых пожилых людей меня удивляет и смущает.
  Извините, если я что-то не так сформулировал в посте.
  Буду признателен, если вы согласитесь с тем, что я на самом деле имел в виду.